Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.
ПнВтСрЧтПтСбВс

12. Анатолий Карпов

 (СССР, Россия)

1975-1985

 

 

 

 

 

 

 

   (род. 23 мая 1951)

     12-й в истории Шахмат чемпион мира, многократный чемпион мира, заслуженный мастер спорта СССР, международный гроссмейстер, президент Международный ассоциации фондов мира.

     "Карпов - шахматист удивительной силы. Он играет в так называемые правильные шахматы, так, как диктует и рекомендует позиция." М. Таль, 1975

     Анатолий Карпов родился 23 мая 1951 года в рабочем уральском городе Златоусте. Предки Карпова и со стороны отца Евгения Степановича, и со стороны матери Нины Григорьевны принадлежали к старейшим династиям златоустовских рабочих. Родители и познакомились на машиностроительном заводе.

     К моменту появления в семье Толи старшей дочери Ларисе было пять лет. Дом Карповых находился в центре Златоуста, на улице Ленина. Они жили на четвертом этаже в пятикомнатной квартире. Как было принято в то время, сколько комнат - столько и семей. Когда одна из соседок съехала с квартиры, Карповым разрешили занять еще одну комнату. Коммунальный быт навсегда сделал Анатолия Карпова терпимым к любым жилищным неудобствам.

     В раннем детстве Толя мечтал стать летчиком. Он смешно коверкал слова и обещал покатать на самолете всех своих близких родственников.

     Уже с самых первых шахматных партий юный Карпов получил от отца уроки благородства. Евгений Степанович не доводил игру до мата, а раз за разом расставлял фигуры заново и по ходу игры старался объяснить сыну простые истины. Игра на результат началась лишь тогда, когда мальчик усвоил смысл игры и научился предвидеть следующие ходы. Первые поражения порой вызывали у Толи слезы, и в таких случаях отец ласково утешал его. Но однажды отец пригрозил: "Еще раз заревешь - никогда больше не сяду с тобой играть". Угроза показалась страшнее исполнения, и это были последние шахматные слезы в кругу семьи Карповых.

     Об уроках благородства, полученных в детстве от отца, Карпов не забывал никогда. В многочисленных сеансах одновременной игры он изо всех сил старался не выиграть у самого маленького или самого слабого соперника.

     В шесть лет Толя вышел на шахматную орбиту своего двора. Дворовым настольным играм в нашей стране всегда был присущ особый дух демократии. Дождись своей очереди и играй. Проиграл - освободи место следующему в очереди. Возраст игрока не имел никакого значения. Первым дворовым соперником Толи оказался Саша Колышкин, позднее ставший его другом. Он учился в одном классе с его сестрой Ларисой и был на пять лет старше. Чтобы Толя лучше мог видеть шахматную доску, на скамейку поставили деревянный ящик. Первый блин вышел комом - Карпов проиграл, хотя имел все шансы на выигрыш. Старшие товарищи хвалили и утешали Толю, а у него на глазах против воли выступили слезы. Но едва началась новая партия, Толя вытер слезы и спросил: "Кто последний?"

     В шахматный клуб, располагавшийся во Дворце спорта Металлургического завода, первоклассника Карпова привели товарищи по двору. Это было единственное место в городе, где занимались шахматами. Руководил занятиями в клубе второразрядник Алексей Иванович Пак. Для того, чтобы стать участником квалификационного турнира, семилетний Карпов должен был успешно сыграть с семидесятилетним Морковиным. Первое испытание Толя прошел удачно, а затем с первой же попытки выполнил норматив 3-го разряда. К десяти годам юный Карпов уже успел стать перворазрядником и чемпионом Челябинской области среди школьников.

     Мне повезло: когда мне было семь лет или чуть раньше, в большие шахматы с блеском входил Михаил Таль и, как мне помнится, это имя все знали, все болели за Таля - молодая звезда! - и шахматы захватили очень многих. В те годы и у нас, в Златоусте, был подлинный шахматный бум. У нас во дворе почти все ребята умели играть в шахматы. В какой-то момент шахматы вытеснили все остальные игры, и, устроившись на крылечке, мы целыми днями играли в шахматы.

     А впервые выточенные из дерева фигурки я увидел дома - мой отец очень любил шахматы. Родители часто вспоминают, с какой жадностью, когда мне не было еще четырех лет, я наблюдал за партиями между отцом и его друзьями. Но с правилами игры, несмотря на мои горячие просьбы, меня познакомили не сразу. Кажется, не меньше года я добивался права сесть за шахматную доску. Помню, как я ужасно расстраивался, проигрывая партию. А отец говорил, что без проигрышей не будет и выигрышей, и что, если я так буду расстраиваться, то он не будет со мной играть! Но прошло некоторое время, и я стал оказывать отцу упорное сопротивление, а иногда даже выигрывать у него.

     Когда я пошел в первый класс, ребята с нашего двора, которые были постарше меня, но с которыми я играл на равных, уговорили моих родителей позволить отвести меня во Дворец спорта металлургического завода, где была шахматная комната и где регулярно проводились турниры. А во Дворце спорта ребята уговорили руководителя кружка, чтобы я был сразу включен в турнир на выполнение третьего разряда, поскольку у каждого из них уже был четвертый разряд, а я, дескать, не уступаю им. И действительно, с первой попытки я выполнил третий разряд. И остальные шахматные рубежи, включая гроссмейстерский (я стал гроссмейстером в 1970 году, в девятнадцать лет), я преодолел также с первой попытки - вот только второй разряд, как ни странно, дался с трудом. Тут мой основной соперник во дворе, Колышкин Саша, меня обошел. Колышкин был старше меня лет на пять, но мы с ним примерно одинаково продвигались по шахматной лестнице. Однако второй разряд я выполнил, кажется, только с третьей попытки, а Колышкин - с первой. До первого разряда мы добрались опять же одновременно, но затем Колышкин от шахмат отошел.

     Не подумайте, что в ту пору я занимался шахматами серьезно. Лишь в пятнадцать лет, когда я выполнил звание мастера, я понял, что шахматы, если хочешь в них прогрессировать, требуют больших знаний и большей самоотдачи. К этому времени на мои шахматные воззрения уже серьезно повлиял Михаил Моисеевич Ботвинник. В 1964 году Ботвинник открыл в Москве свою заочную шахматную школу, и я, как и другие подающие надежды школьники, приезжал к Ботвиннику на каникулы. Ботвинник просматривал наши партии, мы вместе анализировали дебютные схемы, лучшие партии, сыгранные гроссмейстерами в этот период. Подход Ботвинника к шахматам и, конечно, его непосредственные замечания по поводу моего совершенно бездарного знания дебютов - все это впечатляло меня. Я стал читать различные шахматные книги, ибо до знакомства с Ботвинником единственной такой книгой (я прочитал ее, правда, от корки до корки) была книга избранных партий Капабланки.

     Одним словом, именно Ботвинник изменил мое отношение к шахматам, но еще не настолько, чтобы я стал заниматься ими очень серьезно. Даже не зная теории, я мог играть на равных со своими тогдашними противниками, уповая лишь на свою интуицию и способности. Что делать? Молодым шахматистам свойственна излишняя самоуверенность. Но когда в пятнадцать лет я стал мастером и, наконец, всерьез решил посвятить себя шахматам (до этого я даже не задумывался, кем хочу быть: учился в математической школе, все дисциплины давались легко...), вот тут меня действительно приперло. Я понял, что во многом создаю себе затруднения только потому, что не знаю шахматной азбуки".

     В 1963 году 12-летний Карпов стал самым юным в стране кандидатом в мастера спорта и уже выиграл чемпионат Златоуста среди взрослых. Неудивительно, что в том же году он оказался среди самого первого набора в школу Михаила Ботвинника, организованную в Подмосковье спортивным обществом "Труд". На сессиях школы юный Карпов большого впечатления на Ботвинника не произвел. Давая ему оценку в разговоре со своим помощником Юрковым, экс-чемпион мира сказал: "Мальчик понятия не имеет о шахматах". В сеансе одновременной игры, проходившем на одной из сессий, Ботвинник зевнул Карпову ферзя. Мальчик обратился к ассистенту, чтобы тот предложил сеансеру взять ход назад. Мэтр отказался, и тогда Толя умышленно допустил ответный просмотр, приведший партию к ничьей.

     Лишь от своих новых шахматных товарищей по школе Карпов узнал, что Ботвинник - это настоящая фамилия Ботвинника. Он был убежден, что Ботвинник, Таль и Корчной - это псевдонимы, за которыми великие шахматисты скрывают свои настоящие имена.

     От новых товарищей по школе Ботвинника Толя получил добродушное прозвище - Карпик. Все ребята были старше его на несколько лет и окружали трогательной заботой. Свободное время на сессиях проводили за игрой в блиц навылет. Каждый день количество сыгранных партий исчислялось трехзначными цифрами. Как правило, после полуночи наступали звездные часы Карпова - за счет своей феноменальной выносливости он начинал побеждать всех подряд. На третьей и последней сессии результаты блица стали слишком предсказуемыми. Ребята решили разнообразить блиц картами - игрой один на один в подкидного дурака. Соревнования проводились как официальные турниры с квалификационными нормативами. Все начали в ранге новичков. К концу сессии Карпов и Юра Балашов успели стать кандидатами в мастера, еще четверо ребят - перворазрядниками, один - второразрядником.

     В 1965 году, после окончания семилетки - школы №3 города Златоуста, Карпову выдали диплом, свидетельствующий, что его имя вносится в школьную летопись. Анатолий получал похвальные грамоты за каждый год обучения, побеждал на многочисленных олимпиадах. Учителям было жалко расставаться с таким учеником. Но в том же году семья Карповых переехала в Тулу, где Евгений Степанович стал главным инженером завода "Штамп".

     В 1966 году молодой Карпов получил мастерское звание. В том же году Анатолий впервые выехал за границу на международный турнир в Чехословакию и выиграл первый приз - 200 рублей. Маме он купил сапоги, себе - портативные шахматы за 26 крон (три рубля по тем деньгам). Эти шахматы долго служили Карпову талисманом, были с ним всегда, в каждой поездке на турнир, пока он их не потерял в начале 90-х годов. В 1968 году в жизни Карпова произошла целая цепочка событий, предопределивших его стремительный взлет в шахматах. Летом Анатолий закончил с золотой медалью математический класс тульской школы № 20. И поступил на механико-математический факультет МГУ. Тогда же Карпов перешел из общества "Труд" в ЦСКА, чтобы получить финансовую самостоятельность. Его мастерская стипендия составила 100 рублей. Переход в ЦСКА и обусловил заключение творческого союза между талантливым шахматистом и опытным тренером. Карпов впервые познакомился с Семеном Абрамовичем Фурманом еще в 1963 году на сессии школы Ботвинника. Тогда Фурман входил в число помощников Ботвинника во время матча на первенство мира с Петросяном. Очередная партия была отложена в сложной позиции. Ботвинник настойчиво требовал от помощников искать победу. "Сначала надо найти ничью", - возражал Фурман. Ботвиннику такая принципиальность не понравилась, и он "сослал" Фурмана читать лекции молодым шахматистам "Труда". Но уже через два дня Ботвинник затребовал его обратно. Семен Абрамович оказался прав - отложенную партию спасти не удалось.

     В Стокгольме Карпов стал чемпионом мира среди юношей. Эта юношеская корона не давалась нашим молодым шахматистам с 1955 года, когда ее завоевывал Борис Спасский. Своей великолепной игрой Анатолий завоевал симпатии хозяев чемпионата. Когда он простудился, обеспокоенные болельщики буквально завалили его лекарствами. А один из шведов принес из дома в гостиницу термос с горячим чаем. На финише чемпионата пробиться к столику, за которым играл Карпов, стало невозможно. Часть болельщиков проявила находчивость и взобралась на подоконник, откуда можно было увидеть происходящее на шахматной доске. Их находчивость дорого обошлась организаторам чемпионата. Прорвало батарею отопления, и пришлось вызывать ремонтную бригаду. После юношеского чемпионата на лекции у Ботвинника спросили: "Имеет ли Карпов шансы стать чемпионом мира среди взрослых?" Ботвинник отшутился: "Талант Карпова значителен, но хватит ли у него физических сил? В истории шахмат еще не было чемпиона, который бы весил меньше пятидесяти килограммов". На это Фурман прореагировал с удивившей всех серьезностью: "А у Толи уже пятьдесят один килограмм!"

     В 1969 году Анатолий перевелся с мехмата МГУ на экономический факультет ленинградского университета. Одна из основных причин - желание быть поближе к Фурману, который жил в Ленинграде. В то время Фурман еще тренировал Виктора Корчного, который играл в претендентских матчах. Поэтому, когда Фурман стал помогать и Карпову в подготовке к чемпионату мира среди юношей, подопечные одного тренера не могли не сблизиться.

Первая встреча Карпова с Корчным произошла в доме отдыха под Ленинградом, где Корчной отдыхал вместе с женой Бэлой. Обычно при знакомстве шахматисты садятся играть в блиц. Заигрались далеко за полночь. "Если ты хочешь, чтобы отвезли домой на машине, в матче ты должен победить", - шепнул Анатолию на ухо Фурман. Результат матча понятен, если Бэла села за руль "Волги" и развезла Карпова и Фурмана по домам.

     Я даже потерял один учебный год в связи с тем, что играл на юношеском чемпионате мира и должен был серьезно к нему готовиться. Тогда все было отдано шахматам. В общем-то вся жизнь у меня такая - цикличная, что ли. Едва закончил важнейшие шахматные дела - подступили дела университетские. Только сдал сессию, сдал вторую - снова уже подошли шахматные проблемы. И так я все время "вращаюсь". ...Шахматные соревнования обычно идут 20- 30 дней как минимум. Шахматы требуют ежедневной работы. И тут я должен сказать об одном любопытном казусе. Крупнейшие шахматные соревнования в большинстве своем проходят во время студенческих сессий. Зимой - чемпионаты страны, а летом, в мае-июне - крупные международные соревнования... В результате мне приходится сессии "растягивать": сначала забегаю вперед, сдаю несколько экзаменов и зачетов досрочно, а потом отстаю. У меня одна сессия длилась с апреля по ноябрь. В апреле я сдал 2 или 3 экзамена, потом уехал и играл примерно с середины мая до середины сентября. Удивительная сессия: с 1 апреля по 1 ноября... Что касается повседневных занятий шахматами, ежедневной нормы, что ли, то тут очень трудно лимитировать себя: если есть настроение, то я могу заниматься шахматами целый день. Но это касается творческой работы. Именно такая "чистая" работа, работа шахматного мыслителя, требует определенного настроя. Но в шахматах много и черновой работы, хотя в основном считается, что она уже проделана, что она идет сама собой".

     В 1970 году Карпов победил в чемпионате России в Куйбышеве (ныне - Самара) и завоевал право играть в чемпионате СССР. После окончания чемпионата Анатолия попросили дать сеанс одновременной игры для местных шахматистов. Одним из участников сеанса был мальчик. Юный хитрец при переходе партии в эндшпиль украл сразу три темпа. Когда Карпов попытался усовестить мальчика, тот начал доказывать, что сеансер ошибается. Пришлось попросить его маму задержаться вместе с сыном до окончания партий на остальных досках. Карпов доказал обман, восстановив по памяти все ходы. Вспомнить их было непросто, но этого требовали соображения воспитательного характера и престиж Карпова.

     В 1970 году Анатолий впервые участвовал в сильном международном турнире в Каракасе (Венесуэла) и с ходу выполнил гроссмейстерскую норму. Между заключительными партиями турнира его участники давали сеансы одновременной игры. По ходу сеанса Карпов подошел к столику, сделал ход и вдруг буквально рухнул. Хорошо, что кто-то успел подставить стул. Оказалось, что новоиспеченный гроссмейстер перегрелся у бассейна и получил солнечный удар. Несмотря на то, что Карпов чувствовал себя плохо, он считал себя не вправе отказаться от игры.

     Вторая половина 1971 года как никогда была насыщена для Карпова ответственными шахматными соревнованиями. Едва закончился марафонский чемпионат страны в Ленинграде, как ему надо было стартовать в Мемориале Алехина в Москве.

     На жеребьевке Карпов долго не мог открутить голову сувенирной матрешке, в которой прятался его порядковый номер. Это дало повод какому-то шутнику из зрителей воскликнуть: "Силенок маловато... Как же он выдержит такой турнир!"

     Анатолий выдержал. Вместе с Леонидом Штейном он разделил первое место в самом сильном по составу турнире того времени, опередив действующего чемпиона мира Спасского и трех экс-чемпионов мира - Смыслова, Таля и Петросяна.

     Когда еще один экс-чемпион мира Ботвинник узнал, что Карпов стал одним из победителей супертурнира, он воскликнул: "Запомните сегодняшний день - 18 декабря 1971 года. Взошла новая шахматная звезда первой величины!"

     "18-летний студент Ленинградского университета А. Карпов, несомненно, шахматист с будущим. Он всегда трезво оценивает свои силы, выступает в соревнованиях только тогда, когда чувствует себя хорошо и знает, что сыграет успешно. Карпов - талантливый шахматист, с собранным, волевым характером." М. Ботвинник, 1970

     Быстрота моей игры объясняется отнюдь не тем, как думают некоторые, что мне все ясно. Просто не хочу сидеть в цейтнотах. Пока такое случалось со мною 2-3 раза в жизни, и я понял, что порой следует ограничиться просто хорошим ходом, и не искать наилучший, нежели потом испытывать "творческое неудовлетворение" от поражения".

     "Сначалa надо научиться не проигрывать, а выигрыши придут. Но я на ничью редко согласен заранее".

     В 1972 году Карпов дебютировал в составе сборной СССР на Всемирной шахматной олимпиаде в Скопле (Югославия). Он показал лучший результат на первой запасной доске (13 очков из 15) и существенно помог команде выиграть Олимпиаду. После ее окончания Таль сказал: "В Скопле я понял, что Карпов действительно способен на высшие достижения". 

     В конце того же года в Сан-Антонио (США) состоялись соревнования с колоритным названием - "Турнир жареных цыплят". Спонсор турнира - техасский миллионер Чорч - разбогател на продаже жареных цыплят. В турнире не играл новоиспеченный чемпион мира американец Роберт Фишер. "Мы решили не приглашать Бобби, поскольку была опасность, что он потребует в качестве гонорара все дело господина Чорча", - пошутил американский мастер Колтановский. Фишер посетил турнир в качестве зрителя. Из-за его прихода начало последнего тура было отложено на 15 минут. Чемпион мира появился вместе с президентом ФИДЕ Максом Эйве, поднялся на сцену и поздоровался за руку с каждым участником турнира. Такова была первая встреча Фишера и Карпова, который, кстати, и вышел победителем "Турнира жареных цыплят".

     В 1973 году Карпов сделал первый шаг к званию чемпиона мира, разделив на межзональном турнире в Ленинграде первое место с Корчным. Несмотря на то, что до шахматной короны оставалось всего лишь четыре шага, Анатолий сказал: "Это не мой цикл".

     Одной из важнейших в турнире для Карпова стала партия с Талем. Партия была отложена в тяжелой для него позиции. В анализах с Фурманом найти ничью никак не удавалось. Анатолий заснул тревожным сном. И во сне был найден этюдный ход, ведущий к спасению. Правда, при доигрывании Таль действовал не лучшим образом, и ничья была достигнута гораздо проще. После этой партии американец Цукерман, находившийся в дружбе с Фишером, воскликнул: "Если Карпов спасает такие позиции, то победить его вообще невозможно!"

     Студенты вузов всегда были обязаны проходить военные сборы. Не было сделано исключения и для Карпова, который к этому времени уже был знаменитым шахматистом.

     Военную кафедру Анатолий закончил при Ленинградском университете и стал офицером-артиллеристом. Одно из ярких воспоминаний о военной кафедре - серьезное изучение гаубицы 1938 года выпуска, которая оставалась на вооружении армии и в 70-е годы.

     Сразу два министра обороны хотели произвести Карпова в полковники. Сначала Гречко после победы в Багио. А в начале 80-х Устинов предложил Карпову: "Почему бы вам не перейти из запаса на военную службу? Дадим хорошую армейскую должность, соответствующую полковничьему званию". "Зачем мне полковник? Я и так в шахматах - генерал", - сказал Карпов.

     Михаил Таль однажды сказал, что я исповедую за доской шахматный реализм. Вероятно, экс-чемпион мира прав. Рискованная игра в стиле шахматных мушкетеров нравится любителям острых ощущений, но мне она не по душе: реализм действительно привлекает меня сильнее. Больше всего я ценю в шахматах стройную последовательность плана, основанную на глубокой оценке позиции".

     Летом 1973 года советские гроссмейстеры Анатолии Карпов и Михаил Таль были в числе почетных гостей Всемирного фестиваля молодежи и студентов. Приняв капитуляцию последнего из участников сеанса одновременной игры на 50 досках, который он давал гостям фестиваля, Карпов увидел, что к нему приближается пожилая худощавая женщина с аккуратно зачесанными седыми волосами и записной книжкой в руке.

     - Я внимательно наблюдала за вашей игрой и записала несколько партий, которые показались мне особенно интересными,- произнесла она на довольно чистом русском языке.

     - По-моему, у вас неплохие шансы со временем победить моего сына...

     - Благодарю вас за внимание и добрые слова, - вежливо, хотя и несколько удивленно ответил Карпов. - Видимо, ваш сын будет играть в завтрашнем сеансе? Надеюсь, что смогу выделить его среди других участников, и постараюсь оправдать ваш прогноз...

     В это время взгляд Карпова упал на стоящего рядом Таля. И ленинградец с изумлением увидел, что его спутник кусает губы от сдерживаемого смеха.

     - Но учтите: мой сын очень сильный шахматист, - продолжала женщина.

     - Что ж, тем интереснее будет с ним встретиться за доской...

     - Боюсь, что вы все-таки не совсем меня понимаете. Дело в том, что я мать чемпиона мира по шахматам Бобби Фишера...

     Теперь настала очередь Карпова рассмеяться. Однако он довольно быстро пришел в себя и, принеся извинения матери чемпиона, сказал:

     - Я не считаю себя вправе взять свои слова назад и повторяю, что постараюсь оправдать ваш прогноз. Не думаю, однако, что сумею завоевать право встретиться с вашим сыном уже в 1975 году. Свои надежды я больше связываю со следующим циклом...

     В 1974 году первым соперником Карпова в претендентском матче стал Лев Полугаевский. Одержав труднейшую победу в четвертой партии, Анатолий повел в счете. Но уже в следующей партии он попал в проигранное положение. Осознав, что терять ему нечего, Карпов успокоился. И с самоуверенным видом принялся расхаживать по сцене, мурлыча себе под нос мотив песенки со словами: "Все, как дым, растаяло..." Невозмутимость соперника произвела на Полугаевского столь сильное впечатление, что он умудрился сыграть вничью.

     На церемонии открытия следующего матча со Спасским Карпов сидел в президиуме бледный и поникший. Лишь самые близкие знали, что ему нездоровится - температура подскочила до 39 градусов. Непосвященные объясняли его состояние волнением перед встречей с грозным соперником. На другой день Анатолий был вынужден взять тайм-аут. Но, так до конца и не выздоровев, первую партию матча он проиграл. На пути домой Фурман не забыл напомнить своему подопечному, что Фишер тоже проиграл Спасскому первую партию, но это не помешало ему выиграть матч целиком. И действительно, в итоге для Карпова все сложилось "а-ля Фишер".

     "Мне очень нравится Карпов. Прежде всего тем, как он плотно играет. Он дает содержание, действует с напряжением, у него есть законченность. Бывают яркие звезды, но мерцающие, а он - ровного света..." Б. Спасский, 1974

     "Карпов играет все сильнее и сильнее. В его творчестве самое удивительное - простота, ясность и филигранное стратегическое мастерство. О Карпове говорят, что он - современный Капабланка. Пожалуй, правильно говорят. Но этого мало. Карпов - современный Капабланка, целеустремленный, напористый и волевой." А. Суэтин, 1974

     На пути к шахматной вершине Карпов и Корчной бок о бок прошли стартовый отрезок - межзональный турнир. И вместе вышли на финишную прямую - финальный матч претендентов.

     Еще до начала этого цикла розыгрыша первенства мира благодаря Фурману Карпов и Корчной стали довольно близкими приятелями. И даже провели совместную шахматную подготовку. Однажды их общие знакомые устроили вечеринку. Кто-то предложил всем присутствовавшим загадать фамилии участников финального матча претендентов. На своем листочке Карпов записал: Спасский-Петросян. Когда определились финалисты, к Анатолию пришел приятель, забравший записки на хранение. Только в одной из них значился правильный прогноз: Корчной-Карпов. Пророком оказался сам Корчной.

     Пока Карпов дожимал Спасского в последней партии матча, Корчной обошел всех общих знакомых в пресс-центре и в зрительном зале. Всем говорилась одна и та же фраза: "Теперь вам придется выбирать, с кем - со мной или Карповым - вы будете впредь поддерживать отношения". Холодная война Корчному не помогла. Финальный матч претендентов в Москве выиграл Карпов и получил право на матч с Фишером.

     "Поначалу я не очень-то верил, что смогу выиграть состязания претендентов. Не думал о том, кому конкретно проиграю, но полагал, что на каком-то этапе опыта все же не хватит. Реально же поверил во встречу с Фишером, когда узнал, что играть в финале мне предстоит с Корчным. Если бы речь шла о турнире, я ни на минуту не сомневался бы, что Корчной является конкурентом номер один".

     "Об Анатолии Карпове в последнее время много пишут, и все справедливо сходятся на том, что, несмотря на свой возраст, он очень рационален, не по годам расчетлив и не принадлежит к числу увлекающихся натур. Он умеет сдерживать эмоции, умеет расслабиться после каждой партии и сохранить силы для следующей." В. Смыслов, 1974

     Американо-советское шахматное противостояние весь мир ожидал с нетерпением. Через своего представителя Фишер потребовал от ФИДЕ внесения изменений в регламент матча. Почти все его требования конгресс ФИДЕ удовлетворил, но к установленному сроку Фишер так и не подтвердил готовность сесть за шахматную доску. Карпов тогда сделал все возможное, чтобы спасти матч, даже послал Фишеру телеграмму с предложением встретиться лично и обсудить регламент матча. Но ответа на телеграмму не последовало. 3 апреля 1975 года в Москве президент ФИДЕ Макс Эйве увенчал Анатолия Карпова лавровым венком и провозгласил 12-м в истории шахмат чемпионом мира. Цикл розыгрыша первенства мира оказался "карповским".

     Первую поездку в качестве чемпиона мира Карпов совершил в родной Златоуст. Он перерезал ленточку у входа в только что открывшийся шахматный клуб. В сеансе одновременной игры Анатолий взял реванш у всех, кому хоть раз проиграл в детстве. Лишь одна партия в том сеансе закончилась вничью - с другом детства Сашей Колышкиным.

     "Карпов - шахматист удивительной силы. Он играет в так называемые правильные шахматы, так, как диктует и рекомендует позиция." М. Таль, 1975

     Карпов всегда считал огромной потерей для истории шахмат свой несыгранный матч с Фишером: "Я не знаю никого другого в истории шахмат, кому бы наша игра была так обязана. До него популярность шахмат была весьма ограниченной - Фишер сделал их всемирной игрой. Он сумел поднять популярность шахмат на столь невероятную высоту, что вот уже второй десяток лет мы тратим накопленный им капитал (иногда и приращиваем после утрат), но все же ни нашему поколению шахматистов, ни следующим не стоит забывать, что мы живем на дивиденды, которые обеспечил нам Роберт Джеймс Фишер".

     В 1975 году стараниями Петросяна в СССР началась травля Корчного и он стал "невыездным" за пределы страны. Карпов помог прежнему приятелю избавиться от прессинга со стороны Петросяна. И даже дал ему поручительство на выезд для участия в международном турнире, которое никто не хотел подписывать. Корчной запросил политического убежища и не вернулся в СССР во время второй поездки, когда поручительство Карпова уже не действовало. 25 июля 1976 года ровно в 10 утра по местному времени Корчной вошел в полицейский участок Амстердама. Именно в этот момент - ровно в семь часов вечера на другом конце земли - Карпов вошел в номер к Фишеру. Встречу организовал будущий президент ФИДЕ филиппинец Флоренсио Кампоманес.

     Встреча шахматных чемпионов в Токио сохранялась в строжайшей тайне. Карпов исчез на целые сутки. Посол СССР очень нервничал: "Что я скажу Брежневу и ЦК партии?" К поискам Карпова подключились спецслужбы Японии. Переговоры Карпова и Фишера о матче поначалу развивались успешно. Во время трех встреч в Токио, испанской Кордобе и Вашингтоне сторонами были обговорены и приняты все условия матча, включая рекордный призовой фонд в пять миллионов долларов. Единственным препятствием стало название. Фишер настаивал на названии "Матч на первенство мира среди профессионалов". Карпова это устроить не могло, поскольку согласно идеологии того времени все спортсмены в СССР были любителями. Кампоманес предложил сформулировать название матча позже. Фишер начал было ставить свою подпись под договором, но вдруг сказал, что не может подписывать по частям.

     В 1977 году Карпов играл на турнире в Лас-Пальмасе. В выходной день организаторы упросили его сделать первый удар по мячу в футбольном матче на первенство Испании между командами Лас-Пальмаса и Саламанки. Процесс активно снимали фоторепортеры. Карпов вполне профессионально направил мяч в объектив нацеленной на него фотокамеры.

     Играя в самых крупных шахматных турнирах, Карпов никогда не забывал о своей коллекции марок. Перед заключительной партией в Лас-Пальмасе Анатолий попросил Фурмана проставить на конвертах спецгашения турнира. В партии чемпион мира просчитался в дебюте и поставил под угрозу свое первое место в турнире. "Где же ему помнить варианты, если он в голове держит целые марочные каталоги, будь они неладны!" - в сердцах сетовал Фурман. - "Вот и сегодня перед партией занимался своей филателией, совсем голову себе задурил".

     Встретить в конце семидесятых на московских улицах иномарку было практически невозможно. Если же заграничное чудо все-таки со свистом пролетало по столице, то видевшие его в большинстве случаев могли с уверенностью утверждать, что встретили знаменитость. И это неудивительно. Например, 350-й "Мерседес" в Москве имели только трое: Брежнев, Высоцкий и Карпов.

     Выиграл я открытый чемпионат Германии по шахматам 77-го года. А в результате получил "Мерседес-350". Это была достаточно редкая модель. Eе, по-моему, неоправданно быстро сняли с производства. Где-то через полгода с начала выпуска. Машину специально для меня заказывала федерация. Мне прислали в Москву каталоги. Я их изучал. Даже специально ездил на юг Германии, в город, где налажено производство "Мерседесов". Там были разные цвета, даже (не знаю, как правильно назвать) какие-то искристые. Но я посоветовался, и мне сказали, что с таким колером машина будет иметь вид до первой царапины, что восстанавливать такие цвета очень сложно. И я выбрал попроще - голубой. В результате получилось прекрасное сочетание. Так как обшивку салона сделали темно-синей. Я думаю, что это одна из самых удачных моих машин".

     Между Тилбургом и Бугойно целых пять месяцев - перерыв, какого в моей турнирной практике не было вот уже пять лет, начиная с 1973 года. Перерыв этот потребовался мне, чтобы передохнуть (все-таки много сыграно), чтобы оглянуться назад и чтобы повнимательнее посмотреть наконец вперед - проходил финальный матч претендентов, и пора было изучать партии будущего противника.

     В 1978 году не стало Фурмана. Всего три месяца спустя Карпову надо было защищать звание чемпиона мира.

     Анатолий Карпов: "Что-то умерло во мне самом, какая-то часть души онемела, омертвела навсегда в тот день, когда из моей жизни ушел Сема, мой любимый верный друг, мой второй отец - Семен Абрамович Фурман".

     Матч на первенство мира в Багио стал самым скандальным в истории шахмат. Подробности яростной психологической войны хорошо известны. Нервная обстановка вокруг матча объяснялась идеологической подоплекой: советскому чемпиону противостоял "отщепенец", как тогда называли в СССР Корчного. Безнадежно проигрывая, Корчной сумел выиграть три партии подряд и сравнять счет - 5:5. Но решающее шестое очко, а с ним и победу в матче добыл Карпов. Много лет спустя Михаил Таль, тренировавший Карпова, пошутил: "В Багио мы очень боялись, что, если Корчной выиграет матч, дома нас всех физически уничтожат".

     После победы над Корчным в 1978 году Карпов много мотался по стране с шахматными выступлениями. Часто приходилось ездить на поездах, особенно между Москвой и Ленинградом. Эти поездки, по словам Карпова, перегрузили его нервную систему, и с тех пор в поездах он плохо спит.

     Но нет худа без добра. В начале 90-х бессонница спасла Карпова и его приятеля Бориса от ограбления. Они ехали из Москвы в Питер в вагоне СВ на "Стреле". Опасаясь простуды, Карпов лег головой к двери. Борис вовсю храпел, а Карпов лишь слегка дремал. В полшестого утра щелкнул замок, и дверь тихо открылась. На пороге возникла фигура. "Вот еще явление Христа народу", - произнес Карпов и приподнял голову. Вор удивился и, сделав вид, что ошибся купе, аккуратно закрыл дверь. Утром выяснилось, что все пассажиры вагона, в основном иностранцы, были ограблены.

     "Восторгаюсь мастерством лучших шахматистов мира, среди которых русские занимают по праву лидирующее положение. А ваш молодой Карпов неутомим и талантлив, необычайно волевой и симпатичный парень." А. Делон, французский актер

     "Из спортсменов меня поражает Анатолий Карпов. Это - удивительно. Еще раз убеждаешься в неисчерпаемости таланта человеческого, в силе человеческого разума, интеллекта." М. Боярский, артист театра и кино

     В 1981 году победа во втором матче за шахматную корону, проходившем в Мерано, Карпову далась довольно легко. Наибольшее впечатление от матча оставила красивая долина с озерами, недалеко от которой находится Мерано. "Вероятно, это самые красивые места в Италии", - считает Карпов.

     Во время матча в Мерано в одном западногерманском еженедельнике появился репортаж, в котором сообщалось, что личный повар Карпова ежедневно приезжает в отель, изгоняет из кухни весь персонал, сам готовит пищу и на серебряном блюде подает ее чемпиону мира.

     Чтобы добиться чего-то в жизни, нужно быть требовательным к самому себе, постоянно тренировать себя. В спорте бездействие оборачивается потерей, потеря - отставанием, а отставание - автоматическим выбыванием из игры".

     Эпоха великого шахматного противостояния Каспаров-Карпов насчитывает пять матчей на первенство мира.

     Первый матч остался незавершенным.

     В 1985 году в Москве со счетом 13:11 выиграл Каспаров и стал 13-м в истории шахмат чемпионом мира.

     В 1986 году в матч-реванше, проходившем в Лондоне и Ленинграде, победа вновь оказалась на стороне Каспарова - 12,5:11,5.

     В 1987 году в Севилье (Испания) перед заключительной партией матча Карпов выигрывал с перевесом в одно очко. Но Каспаров сумел выиграть и сравнять счет - 12:12, что позволило ему сохранить звание чемпиона мира.

     В 1990 году в поединке, проходившем в Нью-Йорке и Лионе, победу вновь праздновал Каспаров - 12,5:11,5.

     В 1984-85 годах в Москве Карпов сыграл с Гарри Каспаровым матч на первенство мира, оказавшийся самым долгим в истории шахмат. После пяти месяцев борьбы матч был прерван без объявления победителя при счете 5:3 в пользу Анатолия. На доигрывание 27-й партии Карпов ехал в страшный гололед, к тому же опаздывал к началу. Впереди шла машина сопровождения. На Ленинградском проспекте колонна оторвалась от всех машин, которые ехали в том же направлении. Между станциями метро "Динамо" и "Беговая", где дорога делает резкий поворот, автомобиль занесло на встречную полосу. Повезло, что дорога была пуста - машины стояли на красном сигнале светофора. Машина Карпова сделала три оборота вокруг себя и уперлась в тротуарный бордюр. Мимо проносился встречный поток машин, водители удивленно поворачивали головы. Постояли минуту, перевели дух. "Живой?" - спросил Карпов водителя. "Вроде да", - ответил тот. "Ну, поехали". Отложенную партию Карпов выиграл и повел в счете 5:0.

     "Карпов - это эпоха в шахматах. Десять лет он на вершине. Он поднял спортивную значимость шахмат на новую ступень и сделал очень много для популяризации игры. Заслуги Карпова переоценить очень трудно. Это первый играющий чемпион, который сумел пробудить интерес к шахматам во всем мире." Г. Каспаров, 1984

     "Каждый чемпион мира - это эпоха в шахматах. Так и Анатолий Карпов. Он доказал, что по праву считается лучшим шахматистом 70-80-х годов. Что бы ни случилось, он уже занял место в шахматной истории." Г. Каспаров, 1987

     В 1985 году исход второго матча между Карповым и Каспаровым решался в заключительной 24-й партии. Как только очередь хода переходила к Карпову, у южных болельщиков Каспарова начинался кашель. В зале имени Чайковского поднимался невообразимый гул. Призвать к порядку экспансивных болельщиков не было никакой возможности. Мало ли, простудились люди.

     В 1986 году во время Всемирной шахматной олимпиады в Дубаи (Арабские эмираты) отношения между Карповым и Каспаровым заметно потеплели. Объединенными усилиями они смогли переломить ход неудачно складывавшейся для сборной СССР Олимпиады и привести команду к первому месту. После окончания соревнований Каспаров отправил Карпову олимпийский конверт под №1 с филателистическим спецгашением, а Карпов Каспарову - конверт под №2.

     Если бы я не имел возможности переключаться на другие виды деятельности, никогда не смог бы так долго сохранить себя в шахматах. После досадных неудач в поединках с Каспаровым подобные переключения, возможно, даже помогли мне выжить - настолько тогда я был разочарован в жизни".

     В 1987 году Карпов получил право на очередной поединок с Каспаровым, победив Андрея Соколова в финальном матче претендентов в Линаресе (Испания).

     Анатолий Карпов: "Мы занимали в отеле "Анибал" два просторных номера. Двери в номера были в противоположных концах коридора. По образу жизни я - "сова": поздно ложусь - поздно встаю. А тут ежедневно в восемь часов утра кто-то за стенкой начинал громко играть на гитаре и совершенно не давал мне спать. Однажды после партии мы с Соколовым провели легкий анализ позиции. И в ходе разговора начали жаловаться друг другу на наглых соседей. В отличие от меня Андрей - "жаворонок", и его ужасно злило, что за стенкой ходят и ходят ночами. Ну а я ему поведал про утреннюю гитару. Оказалось, что наши номера граничили между собой спальнями, и на время матча мы заключили "мирный" договор - не мешать друг другу спать".

     Конечно, ничейный результат - в итоге это не проигрыш. Однако забыть об этом в конце концов необходимо. Потому что уже теперь (и не завтра - сейчас!) надо думать с любовью к благородным шахматам, как осуществить спортивную подготовку в течение трех лет, чтобы потом снова получить возможность бороться за звание чемпиона мира".

     Мне шахматы очень помогали в моей общественной жизни. И не только мне, но и Фонду Мира, потому что благодаря шахматам удавалось находить новые контакты и взаимовыгодное сотрудничество. Шахматам я обязан всем в жизни, и потому не брошу их, пока у меня есть силы". "...Человеку свойственно всегда радоваться, когда он достигает желанной цели. А если победа достается в острейшей борьбе, то она особенно ценна и красива. В принципе, это относится к успеху в любом соревновании. Но чемпионский титул, полученный в классических шахматах, я ставлю, безусловно, выше, нежели завоеванный в игре в какие-либо другие, например, быстрые".

     В 1989 году один из этапов Кубка мира проходил в Шеллефтео (Швеция). После окончания турнира знакомый швед предложил Карпову пойти в лес собирать чернику. Соскучившись по занятию, напоминавшему времена детства, Карпов с удовольствием согласился. Ягод собрали очень много. С корзинами собранной черники Карпов явился прямо на закрытие турнира и угощал всех без исключения соперников. Включая и Каспарова, с которым Карпов разделил первое место.

     "В шахматах между мастерами, в особенности между чемпионами мира, зачастую складываются ложные отношения". "...Я всегда считал, что спорт вообще, а в особенности шахматы, должен стоять вне политики".

     "Факты говорят, что последний матч Каспаров-Карпов был договорным. Я намереваюсь написать книгу и доказать это. Я хочу заявить через прессу тысячам людей, что все матчи между этими соперниками были договорными." Р. Фишер, 1992

     "В шахматном мире все находятся между двух главных полюсов и тяготеют то к одному из них, то к другому. В какой-то момент Каспаров начал сближаться с Кампоманесом, и, хотя я сам нахожусь в дипломатических отношениях с ним, как с явлением, с которым ничего нельзя сделать, тут меня потянуло к Карпову. Потому что я заметил, что Карпов очень изменился в лучшую сторону." В. Корчной, 1994

"В жизни всегда важны мотивация, цель. А я был уже чемпионом мира... Мне в отличие от тех, кто еще не поднимался на вершину, все труднее находить стимулы. И тем не менее я готов начать все сначала". "...Рейтинг шахматистов в матчевых встречах никакой роли не играет. Здесь на первом месте не просто мастерство, но и опыт, нервы, выносливость".

     "В Международной ассоциации фондов мира нам удалось прийти к единству без разборок, как случилось "на верхних этажах" бывшего СССР. То, что происходит в стране, не может оставлять равнодушным каждого нормального человека. Я думаю, люди наконец-то стали прозревать: из ямы можем вылезти только сообща. Запад же, в лучшем случае, поможет лишь приподняться с колен. И то только потому, что прекрасно понял, чем может грозить всему миру эксперимент в бывшем Союзе".

     В 1993 году Гарри Каспаров и претендент на звание чемпиона англичанин Найджел Шорт объявили о выходе из ФИДЕ и провели матч на первенство мира под эгидой только что созданной профессиональной шахматной ассоциации (ПША). ФИДЕ была вынуждена дисквалифицировать отказников и организовала поединок за шахматную корону между Анатолием Карповым и голландцем Яном Тимманом. Карпов выиграл и вновь стал чемпионом мира под эгидой ФИДЕ.

     В 1994 году на неофициальном турнирном чемпионате мира в Линаресе собрался весь цвет мировых шахмат, включая двух чемпионов мира по разным версиям - Карпова и Каспарова. В шахматной короне Карпова бриллиантов оказалось больше. Анатолий показал в супертурнире выдающийся результат - 11 очков из 13 и далеко оторвался от ближайших преследователей. Анатолий Карпов: "Победа в Линаресе для меня - и честь, и самоутверждение в качестве чемпиона мира, и доказательство прежней силы".

     В 1994 году еще за несколько дней до начала супертурнира в Линаресе участие Анатолия Карпова было под вопросом. Камнем преткновения в переговорах в переговорах между хозяином турнира сеньором Луисом Рентеро и Карповым стала процедура встречи в мадридском аэропорту. В прежние годы прямо к трапу самолета подавался официальный лимузин алькальда Линареса, предназначавшийся для очень важной персоны - чемпиона мира по шахматам. К началу нынешнего турнира чемпионов оказалось сразу двое. И Анатолий Карпов справедливо потребовал к своей особе такого же внимания, как и к особе Гарри Каспарова. В конце концов организаторы турнира полностью уравняли в правах обоих чемпионов.

     В каких только странах и местах не давал сеансы одновременной игры Анатолий Карпов. Даже в тюрьмах, где среди его соперников были и настоящие убийцы.

     В начале 90-х в самолете, летящем на Мальту, Карпов познакомился с одним из своих давних болельщиков. Новая их встреча произошла несколько лет спустя во время сеанса одновременной игры в тюрьме, где тот досиживал срок за экономические преступления.

     "Я благодарен судьбе, что она свела меня с такими гениальными людьми, как Гарри Каспаров и Анатолий Карпов. Для Гарри Кимовича шахматы - лишь одна из граней его многогранного таланта. Он проявил себя в шахматах, а мог бы и в чем угодно другом. Анатолий Евгеньевич - уникальное явление, можно сказать, уже человек-легенда в шахматах." К. Илюмжинов, 1995

     В 1996 году в Элисте Карпов победил в матче за шахматную корону молодого Гату Камского - американца, в конце 80-х ставшего невозвращенцем в СССР. В Калмыкии Гата играл не только в шахматы, но и подыскивал себе невесту вместе с отцом Рустамом. За отбор претенденток отвечал Рустем: "Мой план такой - находим умную, домашнюю девочку из хорошей семьи, лет 13-14. Заключаем с ее родителями контракт, увозим с собой в США, где она вместе с Гатой будет учиться в университете". К несчастью для Гаты Камского, погнавшись за двумя зайцами, он так ни одного и не поймал. Не выиграл шахматную корону и не нашел себе невесту.

     Во время грандиозных гуляний в калмыцких степях по окончании матча Анатолию подарили жеребца по имени Победа. "Почему Карпову подарили породистого жеребца, а нам - только верблюда? Зачем он нам в Америке нужен?" - допытывался Рустам, обходя кабинеты руководителей Калмыкии.

     "Существуют разные подходы к подготовке к важным матчам. Я по крайней мере за месяц до начала матча прекращаю участие в соревнованиях. Но возможен и другой подход: "разогреться" в сильном турнире и включиться в матч, уже как бы продолжая прежнее соревнование. Поскольку Камский молод и полон сил, то он, видимо, посчитал такой подход приемлемым для себя".

     Уже третий десяток пошел с тех пор, как начал играть матчи на первенство мира. И я очень рад, что по-прежнему могу успешно бороться и выигрывать. Прошедший матч, может, вообще стал одним из самых боевых в истории шахмат".

     "...Я очень доволен, что догадался взять с собой в Элисту марочную коллекцию. И суть даже не в том, что, разбирая ее, я получал внутреннее успокоение. Без нее мне трудно было бы проводить время. Досуг у меня какой был? Прогулки на свежем воздухе да немного физических нагрузок. И все. А так дел всегда было полно. Каждый день, обычно перед сном, по нескольку часов за марками проводил".

     Поведение Ананда и всей его команды по ходу матча резко поменялось. От достаточно доброжелательного в начале до резко агрессивного в конце, чего совсем уж трудно было ожидать от его хрупкой жены. Ананд в общем-то человек приветливый и, похоже, оказался не в своей тарелке, ему самому все это было неприятно. Но тем не менее по окончании матча он впервые в истории матчей за шахматную корону не поздравил соперника с завоеванием титула чемпиона мира".

В 1999 году в Лозанне проходил финальный матч на первенство мира под эгидой ФИДЕ. В последней из основных партий индиец Вишванатан Ананд сумел выиграть и сравнять счет - 3:3. Психологический удар был очень чувствителен, и Карпов провел бессонную ночь. Уже на следующий день соперникам предстояли две партии в быстрые шахматы, в которых индийский гроссмейстер считался непобедимым. Наутро друзьям удалось оторвать Карпова от шахматных анализов. Вместе с женой Натальей друзья уговорили Анатолия совершить пешую прогулку и покормить птиц на Женевском озере. За полчаса птицам скормили четыре батона белого хлеба. Эмоциональная разгрузка оказалась столь высока, что Карпов выиграл у перенервничавшего соперника обе партии. И защитил звание чемпиона мира.

     Последнее десятилетие ХХ века войдет в историю шахмат как один из самых драматических периодов. В мировом шахматном движении произошел раскол. Десятилетиями устанавливавшийся порядок был нарушен. Появилось сразу два чемпиона мира по разным версиям. В разное время и Каспаров, и Карпов способствовали выдвижению нового президента ФИДЕ Кирсана Илюмжинова. Придя к власти в ФИДЕ, Илюмжинов совершил настоящую революцию в шахматах, заменив классическую матчевую систему розыгрыша первенства мира на ежегодный единовременный турнир по олимпийской системе. В нынешнем, 2001-м году 12-й, 13-й и 14-й чемпионы мира обратились с открытым письмом к мировой шахматной общественности. Анатолий Карпов, Гарри Каспаров и Владимир Крамник объединили свои позиции и выступили единым фронтом против политики ФИДЕ и ее президента Кирсана Илюмжинова. Есть что-то символическое в том, что три шахматных "К", три кота по восточному календарю (родившиеся с интервалом в 12 лет - в 1951, 1963 и 1975 годах соответственно) наконец сумели найти общий язык в самом начале нового века и нового тысячелетия